Бриллианты партии
музейный центр
площадь мира
Красноярск

Сергей Ковалевский

Случай в музее Ленина

событийная инсталляция

Живой музей, памятующий о своем «ленинском» прошлом, должен делать попытки проработки травматических событий российской истории.

Традиция подвешивания «хрустального ларца» в «сакральном» ядре ленинской экспозиции возникла в рамках Красноярской музейной биеннале 2011 года – тогда он использовался как морозильная камера для укрытия снежного тела спящей сибирской земли (авторства Василия Слонова). «Холода спали, снег растаял», а парящее ложе осталось. Видно, потому что «Красные залы», связаны тонкой, но прочной нитью со специфическим наследием советской эпохи – Мавзолеем на главной площади страны. И здесь, на нашей мемориальной площадке, уместно ставить и артикулировать этот сложный вопрос телесного присутствия «вождя мирового пролетариата» в нашей действительности.

Как известно, настоящий саркофаг – ящик с «двойным контуром». У египтян над мумией фараона устраивалась крышка с рельефом, повторяющим в драгметалле скрытое внутри физическое тело. Ахейцы накладывали на своих царей золотые погребальные маски. В более экономную эпоху почивших римско-египетских вельмож укрывали фаюмскими портретами. Этот архетип «фильтра вечности» воспроизводится и здесь. Функцию символического представительства человека выполняет буквенно-насыпной слой. Само мерцающее слово повторяет размеры человеческого тела. Характерно, что шрифт скопирован с надписи на фризе Мавзолея Ленина. А ладонь есть видимая часть «куклы» Ильича, подаренной однажды КИЦу кочующим музеем восковых фигур из Петербурга. Так, условная «мумия», прорываясь на «символическую» поверхность, подает сигнал ладошкой: «Ленин жив».

В первой версии надпись была выложена из 900 значков советского времени и просуществовала ровно 3 года. Однако 12 марта 2016 года произошел драматичный случай: затеяв процедуру подсчета значков, сотрудники не удержали стеклянную крышку – она упала и феерично разбилась одной гранью. После этого, значковая «скань-финифть» уже не могла оставаться на месте. Отделив «золото партии» от «бриллиантов диктатуры пролетариата», мы решили сохранить след случившегося и, слегка поправив контуры «боя», реинкарнировали ТЕЛО в россыпи событийного хрусталя.

Получается, музейная повседневность вносит коррективы в механизм смыслопорождения. Здесь, если хотите – рука судьбы «сама» раскладывает и перекладывает знаки на поверхности «тела-без-органов». Таким образом, придавая истории «объем, глубину и естественность», добавляется необходимый фермент вымысла в процесс воображения времени.



бой витринного стекла

восковая фигура

искусственный мех

контейнер

2013-2016


Информация о первой версии инсталляции.